интернет-журнал о бизнесе, карьере и образовании
13 .. 15
  • Курсы ЦБ РФ
  • $ 57.57
  • 68.56
спецпроект
Образование 5D

Афиша

вторник, 26 сентября

От беды к надежде

 

За последние несколько лет количество благотворительных фондов в России выросло в разы. Неудивительно, что им приходится становиться более креативными и позитивными, чтобы привлечь внимание россиян. Как фонды заменяют негатив на позитив и что дают жертвователям взамен? Какие специалисты и зачем приходят туда работать? «Понедельник» задал эти вопросы Елене Грачевой, координатору программ фонда AdVita.

Текст: Карина Ивченко

 

Справка: Фонд AdVita входит в топ-10 крупнейших благотворительных организаций, он появился в 2002 году благодаря инициативе волонтера Павла Гринберга и петербургских онкогематологов, чтобы помогать людям с онкологическими заболеваниями и медицинским учреждениям. Ежегодно благодаря фонду примерно 800 пациентов из полутора десятка больниц получают помощь, приобретаются оборудование и расходные материалы.

 

— За последние несколько лет отношение россиян к благотворительности как-то изменилось?

— В нашем фонде количество жертвователей постоянно растет, но общая сумма пожертвования сокращается: помогающих людей стало больше, но денег на благотворительность они способны выделить меньше. Определенные виды благотворительности удалось внедрить массово, к примеру, все переводят деньги с помощью SMS.

 

 

— У вашего фонда много оригинальных проектов: пространство «Легко-Легко», где продают сувениры и проводят мастер-классы, лекции и встречи в «Благотворительном университете», благотворительный мультсериал «Летающие звери». Простой сбор средств уже не работает в наше время?

— Люди довольно быстро перестают реагировать на публикации в сети и СМИ, а у нас около 80 новых обращений ежемесячно, не считая тех, кому мы помогаем несколько раз в течение года. По этой причине мы пошли по пути создания городских мероприятий, концертов или встреч, лекций и квестов, которые собирают разную аудиторию, привлекают тех людей, которые не думали о благотворительности, но интересуются наукой или искусством, фотографией или музыкой. Так они могут впервые услышать о нас в контексте того, что интересует именно их, и, возможно, захотят нам помочь. Мы никогда не затушевываем тему благотворительности, пишем открыто, куда пойдут средства, но благотворительность как бы становится дополнительным бонусом: люди слушают музыку и тем самым помогают, отлично же.

— Создание собственных продуктов — это тоже требование времени? Жертвователю уже недостаточно просто эмоций?

— Благотворительность в любом случае — это обмен: человек может в обмен на пожертвование получить эмоцию удовлетворения, а может концерт или сувенир. Если мы раньше не могли что-то предложить, кроме эмоции, то сейчас пытаемся что-то сделать взамен, какие-то проекты и программы, аукционы, дать потенциальным благотворителям что-то большее.

 

 

— Другая тенденция последних лет в этой сфере — переход от негативных эмоций к позитивным, то есть от жалоб к радости. Так?

— Сейчас так работают многие фонды, эмоциональный террор — вчерашний день. Сегодня «на негативе» собирают средства только активисты так называемой «токсичной» благотворительности в соцсетях. Профессионализм сектора растет, пришло понимание, на что люди реагируют, а от чего устали. Продвижение строится на коммуникации с жертвователями, на наших рассказах, объяснениях, что будет, если мы заплатим за это или за то. Благотворительность движется в сторону безадресного системного подхода: сегодня предлагается искать корень проблемы и думать, что необходимо сделать, чтобы помочь не только этому определенному человеку, но и всем тем, кто в подобной ситуации находится.

— Работа в сфере благотворительности непростая, но сюда все равно приходят люди. Почему?

— Мы недавно собирались с сотрудниками, чтобы обсудить, что делать с профессиональным выгоранием: каждый пришел в фонд, чтобы тратить свои силы на что-то, что имеет смысл, за смыслом жизни. В результате смысла у всех полно, а жизни нет! Нет свободного времени, совсем. Все массово работают вечерами, ночами, в выходные, из отпусков. Наращивать штат сотрудников до бесконечности мы не можем, а количество обращений ежегодно растет, и мы, чтобы не отказывать, просто больше работаем. Психологически очень трудно отказывать. Работа в фонде — это история для очень мотивированных людей, которые хотят и могут помогать другим, но нужно быть готовым, что это потребует много сил. Я счастлива, что в фонде AdVita работают умные, порядочные, креативные люди, которые качественно выполняют свою работу.

 

 

— Как вы набираете сотрудников в фонд? Какими принципами руководствуетесь?

— Мы размещаем наши вакансии, в этом нам безвозмездно помогает агентство Kelly Services. Конечно, когда мы начинали, первые сотрудники пришли в фонд, потому что так или иначе лично столкнулись с этой историей: это были либо сами бывшие пациенты, либо их близкие, либо волонтеры. Наполовину штат фонда собран из них. Но сейчас, когда мы четко понимаем, какие задачи перед нами стоят и как их необходимо решать, мы публикуем вакансии. Когда выбираем кандидатов, важно понять, насколько человек осмысленно принимает решение работать в фонде помощи онкологическим больным, понимает ли он, куда пришел и зачем. Если человек хочет абстрактно «причинять добро» или, напротив, сделать карьеру, — это не к нам. Нам нужны взрослые, ответственные, умные люди с определенным уровнем эмпатии. А профессиональные требования зависят от должности: нужен ли бухгалтер, фандрайзер-переговорщик, менеджер проектов или координатор волонтеров. Возраст, пол, регион не важны, на собеседование может попасть любой желающий, лишь бы его компетенция соответствовала вакансии.

— Какие специалисты в основном работают в фондах, какие у них обязанности?

— Это зависит от того, чем именно занимается фонд, но ни один не обходится без бухгалтерии, директоров, координаторов проектов. Дальше все строится по специализациям: если фонд занимается юридическим консультированием подопечных, ему нужны юристы, если психологической поддержкой — психологи, если строит волонтерскую или донорскую службу — координаторы. Благотворительность, с этой точки зрения, не отличается от других сфер — бизнеса или государственной службы: человек ищется под задачу и выполняет свои обязанности соответственно.

 

 

— Сейчас в России не учат работать в сфере благотворительности, но какие-то специальные знания нужны? Как удается заполнить этот пробел? Или главное здесь — это практика?

— Никакой особенной специфики в благотворительности нет. Фонды очень разные, очень по-разному строят свою работу, тут нет единой схемы, как не может быть единой схемы в бизнесе. Есть специфика, связана она либо с законодательством (для этого есть обучающие курсы, к примеру, для бухгалтеров НКО), с особенностями привлечения средств (проводятся конференции, посвященные различным практикам), но принципиально работа в фонде отличается только бесконечным рабочим днем.

— Понятно, что когда финансы ограничены, мотивировать деньгами сотрудников не приходится, как справляется с этим фонд?

— Мотивировать деньгами в благотворительности не принято не потому, что финансы ограничены, а потому, что международный кодекс фандрайзера запрещает ставить доходы фандрайзера в зависимость от объема привлеченных средств. Так что материальной стимуляции нет, зато профессиональной — сколько угодно. Именно в благотворительности можно выявить свои возможности и таланты: ценятся изобретательность, нестандартность мышления, яркие решения. Тут ты начинаешь понимать, как устроено мироздание, какова система ценностей, перестаешь нервничать по пустякам и учишься любить жизнь такой, какая она есть.

 

 

— Каким вы видите ближайшее будущее благотворительности и вашего фонда?

— Мы будем продолжать работать, к примеру, развивать корпоративное волонтерство, которое нам кажется, в связи с объявленной в стране стратегией развития корпоративной ответственности, очень перспективным. Будем продвигать фонд в соцсетях, охватывать как можно больше каналов. У нас наконец-то появится новый сайт, который долго делался, он станет более опциональным, более информативным, легче будет взаимодействовать с жертвователями, волонтерами, донорами и подопечными.

Следить за комментариями этой записи   
Войдите с помощью или , чтобы оставить комментарий

Свежие статьи

О’кей, бот!

О’кей, бот!

Чего стоит ждать от Telegram-ботов?

26 сентября 2017 0 4
Пиар для героя

Пиар для героя

Как заразить молодежь позитивным примером?

26 сентября 2017 0 1
Утро бодрым... бывает!

Утро бодрым... бывает!

Как начать день с хорошим настроением, даже если вы не выспались?

25 сентября 2017 0 38