интернет-журнал о бизнесе, карьере и образовании
1 .. 3
  • Курсы ЦБ РФ
  • $ 58.84
  • 69.30
спецпроект
Большие гонки

Профи, ивентщик, спорщик, игрок

 

Елпидифор Самышкин — исполнительный директор школы «Взмах», председатель оргкомитета Открытого чемпионата России по деловым играм. Мы беседуем с ним о феномене #мужчинавшколе, о стереотипах и от том, что изменилось за последние несколько лет. Спойлер: кое-что все-таки меняется!

Текст: Анна Чуруксаева

 

— Это правильное слово — «феномен», мужчина в школе — это все-таки исключение?

— Нет, хотя и в России и в других странах учитель — преимущественно женская профессия, педагогов-мужчин достаточно много, они преподают физику, экономику, физкультуру, причем чаще работают в средних и старших классах. В начальной школе мы редко увидим мужчину, потому что там требуется особый подход к совсем еще маленьким детям: много терпения, обходительности. А в 12–17 лет учитель уже не играет роль родителя, мамы, в этот момент нужен наставник. Подростки в педагоге видят ролевую модель. В идеале педагог должен продемонстрировать интеллектуальные и лидерские качества, чтобы на него хотелось равняться. И чем более разнообразным будет педагогический коллектив, тем больше ролевых моделей получат ученики. Добавлю, что сейчас педагог — это партнер. Его взаимодействие с учениками более гибкое, чем раньше. Он оставляет на уроке время для дискуссий, для споров, в которых и рождается истина. А главные спорщики — мужчины: мы любим спорить! Но поймите: ключевым остается опыт учителя, а не его гендерная принадлежность.

 

 

— Сейчас, чтобы заполучить опытного специалиста, да еще и яркого спорщика-интеллектуала, школы приглашают на работу по совместительству. Может быть, в этом будущее системы образования?

— То, о чем вы говорите, — всего лишь ситуативный менеджмент. Многое зависит от запросов школы: нужно ли дать общее представление о предмете или подготовить учеников к олимпиаде или ЕГЭ. Может быть, это и прозвучит консервативно, но школа на 90% состоит из людей, которые ее «начиняют». Поэтому у каждого образовательного учреждения должен быть костяк, стабильный коллектив педагогов, которые понимают, что они делают, как и зачем. Этакое командообразующее ядро. А практика приглашения в дополнение к этому ядру различных экспертов для проведения локальных курсов — очень здравая, на мой взгляд. Во «Взмахе» мы часто используем такой формат, как интенсивы, когда лекцию или урок готовят и проводят сразу несколько преподавателей. Для чего это делается? Не потому, что мы такие богатые и нам не жалко за один час заплатить трем людям, а потому что они действительно могут более глубоко подать материал ребятам, увлечь их темой — и представить три разных мнения. Таким образом, информационная насыщенность и темп урока будут очень высокими и мы впоследствии получим хорошие дивиденды.

— Говоря о дивидендах в буквальном смысле: школьные зарплаты устраивают не всех мужчин...

— Конечно, ведь мужчина в большинстве случаев позиционируется как основной источник дохода в семье. Однако сейчас многие зарабатывают профессиональными тренингами, проведением курсов, выступают в качестве лекторов — они не прикованы к одному учреждению, к ставке, и могут зарабатывать больше. Кстати, все чаще сталкиваюсь с мужчинами, которые с выгодой реализуют свои профессиональные интересы в школе: организуют конференции, выезды, занятия. Это — отчетливая тенденция последних двух-трех лет.

 

 

— Как вы думаете, с чем она связана?

— Во-первых, университетские преподаватели стали мобильнее (а в вузах традиционно было больше мужчин, чем в школах), некоторые перешли работать на среднюю ступень образования. Во-вторых, стремительно растет сфера онлайн-образования — в ней много возможностей, она заставляет по-другому взглянуть на привычные предметы. Кроме того, это техническая сфера — разрабатываются сервисы, программы — поэтому в ней нашли себя многие инженеры. В-третьих, для онлайн-бизнеса сейчас большой простор, люди, которые преуспели в сети, оказываются на гребне волны — становятся преподавателями, передают свежий опыт.

— Вы сейчас рассказываете о тех маршрутах, которыми успешные мужчины приходят в образование. Но многие ли из них мечтали стать педагогом изначально?

— Может быть, таких и не так много, но мы во «Взмахе» считает, что у молодежи должна быть готовность к профессиональной мобильности. Смена профессии должна восприниматься легко, как очередной этап, а не как тяжелая утрата: «Я так долго учился, набирал багаж знаний и навыков, а мне это не пригодилось». Будешь ты человеком с хорошей головой, логикой и четкостью в расчетах — станешь незаменим там, где требуются аналитики. Хорошо подвешен язык, ты готов грамотно выстраивать коммуникацию и решать проблемы людей — окажешься востребован в сфере продвижения, рекламы, юриспруденции, организации мероприятий... Про всех наших воспитанников мы понимаем: какие у кого достижения, в какой области прогресс, в какой — нет, где дефициты, а где — профициты, но под одну гребенку их не равняем и не требуем в начальных классах определиться с профессией раз и навсегда. Одни люди в 30–40 лет создают стартапы, другие уходят преподавать в школу. В любом случае, они меняют свою жизнь, выходят из зоны комфорта. Вот, кстати, важная мысль, которую мы доносим до наших студентов: любая точка роста располагается за выходом из зоны комфорта.

 

 

— Вот вы — учились во «Взмахе», потом работали здесь, теперь являетесь исполнительным директором. Вам все знакомо, понятно. Вы сами из зоны комфорта выходите?

— У нас в школе проектный принцип работы. Любой проект развивается по этапам: разработка, подготовка, накопление ресурсов, реализация, «выхлопной» цикл с пиар-эффектом, новыми знакомствами и так далее. И таких проектов в течение «взмаховского» года случается дикое количество — и каждый бросает тебе вызов! Так что на работу нередко иду с колотящимся сердцем, а ночью думаю о том, как будет завтра? Вот у нас выезд седьмого и восьмого классов — традиционный для школы, но программу выезда нужно подготовить на уровне, вложиться в содержательную и организационную часть, убрать шероховатости. Не знаю, как для других, а для меня все это вопросы, с которыми надо справляться, привлекая все свои ресурсы, в хорошем таком напряжении. Или, например, мы проводим летние лагеря, и нужно сделать так, чтобы не знакомым друг с другом подросткам оказалось вдруг здорово вместе, захотелось что-то узнавать, «кипеть». А для этого и самому нужно «кипеть»!

— Вы говорите сейчас про такой тип педагога — «массовик-затейник». Такой человек в детстве сам ездил в летний лагерь, потом работал вожатым...

— Я бы назвал этот тип не «массовик-затейник». Сейчас актуален тип человека, который может организовать любое мероприятие, в том числе серьезное, но такое, которое будет являться знакомым для подростка.

— Ивентщик?

— Это ближе, потому что здесь подчеркивается не развлекательная составляющая, а умение качественно организовать и провести что угодно — от конференции до интеллектуальной игры типа «Что? Где? Когда?». Главное, что на выходе — качественная работа. Но работа — это не что-то угрюмое, что ты делаешь изо дня в день. В ней может быть и даже должны быть и драйв, и удовольствие, и креатив, и, конечно, игра. Я еще не употреблял это слово, а оно очень важно, потому что в современном образовании приветствуется геймификация, а мужчины — игроки, обычно более склонны к риску, азарту, чем женщины.

 

 

— Какой у человека опыт — можно увидеть по резюме. А как понять, что он интеллектуал, спорщик, игрок и именно его нужно взять в школу?

— У нас во «Взмахе» принцип такой: давайте знакомиться, взаимодействовать, а там мы сможем увидеть, к чему вы склонны, какие ресурсы у вас есть. Тем более что человек с отличным резюме может проявить на практике больше академизма, чем нам требуется, а человек с невыразительным послужным списком покажет способность к росту, впишется — и вот это уже незаменимый кадр! И потом каждый кандидат также присматривается к нам, как и мы к нему. Если увидит, что ему трудно, никакие деньги не удержат. Остаются те, у кого совпадают с нашими базовые ценности. Поэтому во «Взмахе» работают люди с разным жизненным опытом, но в то же время разделяющие наши идеи, готовые не заканчивать рабочий день в 15 часов, а напротив, оставаться на связи постоянно, общаться с коллегами и учащимися и в скайпе, соцсетях, быть очень уважительными по отношению к слушателям, заинтересованными в результате. Важно еще понимать, что «результат» — это не всегда только итоговая оценка по предмету. Мне кажется, чем больше таких людей приходит как в частные, так и в государственные школы, тем больше моделей увидит ученик, тем качественнее будет его подготовка ко взрослой жизни. А то, что сфера образования сейчас может предложить мужчинам все больше интересной и хорошо оплачиваемой работы, — это огромный плюс, ведь совершенно очевидно, что школы и мужчины — нужны друг другу.

Следить за комментариями этой записи   
Войдите с помощью или , чтобы оставить комментарий

Свежие статьи

Криптомечта и реальность

Криптомечта и реальность

От майнинга к реальным деньгам: свежий опыт

12 декабря 2017 0 31
От ветропарка до цифровых ценников

От ветропарка до цифровых ценников

Чем занимаются в «Роснано» и как «прописаться» в нанотехнологической отрасли

12 декабря 2017 0 15
Карьерные кейсы наших прадедушек

Карьерные кейсы наших прадедушек

Как стать крупнейшим издателем Европы с тремя классами образования и другие невероятные истории

11 декабря 2017 0 41