интернет-журнал о бизнесе, карьере и образовании
9 .. 11
  • Курсы ЦБ РФ
  • $ 57.09
  • 67.30
спецпроект
Меняющие мир

В Африку с вопросами

 

В начале двухтысячных Юлия Дударенок приехала в Америку на лето по программе Work & Travel и уже на месте узнала, что ее родной вуз закрыли. Сейчас она живет в Вирджинии и постоянно летает в командировки, ее работа — грамотно задавать вопросы или делать так, чтобы правильные вопросы задавали другие.

Текст: Светлана Хаматова

 

— В то трудное лето планировали остаться в Америке?

— Нет, но студентам, находящимся за границей, на год предложили поддержку местные университеты. А в конце того года в моем Elon University появилась возможность проучиться еще год и получить диплом. Так и завертелось. На данный момент я уже защитила докторскую диссертацию по социологии, у меня есть ученая степень (PhD) в Университете Вирджинии, основанном Томасом Джефферсоном. Живу я там же, где защищалась, — в маленьком городе Шарлоттесвилл, в двух часах к югу от Вашингтона. Это очень либеральный, высокообразованный и относительно дорогой городок. За счет университета здесь часто что-то происходит — концерты, лекции, выставки, вся жизнь городка крутится вокруг университета.

 

 

— Знаю, что вы там преподавали, но теперь ваша деятельность больше связана с разъездами. Расскажите об этом?

— Моя основная работа — в компании ORB International, которая проводит международные исследования в «сложных условиях» — в развивающихся и конфликтных странах. Мы собираем данные — опросы, качественные интервью, фокус-группы — для самых разных клиентов (государственных организаций, ООН, больших исследовательских центров типа Pew Research). По должности я — Senior Research Executive, по сути — проект-менеджер с дополнительными обязанностями. От меня требуются способность следить за сотней разных процессов одновременно и умение писать. Также я разрабатываю новые исследовательские программы. Например, организация USAID год занималась проектом, который должен был помочь девочкам-подросткам окончить школу, им нужна независимая оценка успехов программы, которую я для них и составляю. Описываю, как измерить последствия, как найти респондентов.

— Это интересное дело?

— Конечно, мы работаем над вопросами, которые крайне актуальны во всем мире — эти темы в новостях! И у нас есть редкая возможность говорить с людьми, которых это касается напрямую. А когда мы выполняем заказ для правительства, наши данные и наш анализ ложатся в основу стратегий решения этих проблем. Работа с организациями типа ООН и USAID значит, что мы помогаем улучшить их программы. Более того, это редкий шанс увидеть места, куда я бы никогда не попала сама по себе. Я побывала в Кении, Нигерии, ЮАР, Сьерра-Леоне — по несколько раз. Весной еду в Танзанию и Гану. В каждой стране свои особенности, но с точки зрения опросов — респонденты там менее избалованные вниманием, так что гораздо охотнее участвуют. Во все эти страны мы посылаем интервьюеров, в то время как в развитых странах обычно опросы проводятся по телефону.

 

 

— Ваша компания работает не с самыми комфортными для пребывания странами. Насколько все это безопасно?

— Вопрос безопасности стоит остро, да. Например, в Латинской Америке огромная проблема — это криминальные группировки, в том числе и наркоторговцы. Темы, связанные с криминалом и торговлей наркотиками, крайне сенситивные, многие респонденты на вопросы о криминальных группировках отвечать отказываются. Более того, криминальные группировки в некоторых районах — это, по сути, местное правительство, и получение доступа в район зависит от хорошего настроения лидеров группировки. В любой момент интервьюеров могут попросить покинуть территорию. А во многих странах Африки и на Среднем Востоке опасность представляют экстремистские организации — то есть работать приходится, постоянно держа в голове опасность террористических атак. В такие моменты я вдруг понимаю, в каком безопасном мире я всегда жила.

Вообще, там вдруг начинаешь обращать внимание на вещи, которые до этого считаешь само собой разумеющимися. Например, в Нигерии в публичных местах очень мало женщин. Когда мы обратили на это внимание местной команды, они нас повезли в торговый центр, «где много женщин, почти одни женщины!». Оказалось, что треть, не больше. В барах и кафе мы с начальницей чаще всего были единственными женщинами. Местная команда за нами присматривала, как за детьми: сидела с нами в кафе, пока мы работали, отвозила к отелю и смотрела, чтобы мы вошли за ворота, и только потом уезжала. Сама идея, что нам нужно постоянное сопровождение, потому что мы — женщины, раздражает, мы привыкли к независимости. И однажды мы решили тайком посетить бар по соседству с отелем, но там были одни мужчины, поэтому, немного понаблюдав за атмосферой, мы не рискнули зайти. Это странное ощущение.

 

 

И знаете, когда видишь людей, которые постоянно, ежедневно живут без базовых вещей, прав, возможностей — начинаешь ценить то, что есть у тебя. Взять Сьерра-Леоне — это сейчас одна из самых мирных стран Африки, без приступов терроризма и криминальности, которыми подвержены страны типа Нигерии, Мали, но она же одна из самых бедных, с высоким уровнем безработицы и низким уровнем образования (особенно женского). Население живет в фанерных хижинах с линолеумом на полу, на нем расстилают коврик и так спят, воды мало, поэтому собирают дождевую, а вот мусора очень много и никто его никуда не вывозит — земля покрыта им. Но при этом люди там очень человечны. Они живут настолько полной жизнью, насколько могут.

Отдельный процесс, за которым интересно наблюдать, — как во мне разрушаются стереотипы об Африке. Мы обычно думаем о ней как об одной стране, не делая различий между государствами. Но на самом деле это огромный материк, со множеством языков и культур. В двух словах об этом не расскажешь. В Нигерии распространена культура шрамирования — раньше шрамы на лице служили способом идентификации во время племенных войн, теперь это просто украшение. На улицах Йоханнесбурга (ЮАР) больше BMW, чем в Америке. В Кении меня тронул приют для осиротевших слонят. Там о них заботятся до трех лет, а потом понемногу начинают приучать к жизни на воле и в итоге возвращают в дикую природу. Вы можете стать спонсором слоненка за 50 долларов в год и ежемесячно получать фотоотчет о том, как он растет, что ест, что пьет и что у него произошло за это время. Или же «подарить» слоненка кому-то и тогда отчет будет приходить к тому человеку. Кстати, Pew Research делает полученные от нас материалы публичными и вот здесь можно почитать отчеты с нашими данными по Кении, Нигерии, ЮАР и составить свое мнение о жизни хотя бы некоторых стран на Африканском континенте.

Следить за комментариями этой записи   
Войдите с помощью или , чтобы оставить комментарий

Свежие статьи

«“Оно” не такое страшное, как шеф или ипотека»

«“Оно” не такое страшное, как шеф или ипотека»

Реальные страхи: чего мы боимся на самом деле и как с этим справляться?

17 октября 2017 0 7
Врач из Святой земли

Врач из Святой земли

Правдотерапия: почему израильская медицина признана лучшей в мире?

17 октября 2017 0 7
Правильный фрилансер

Правильный фрилансер

Как не ошибиться с подбором исполнителя под ваш проект

16 октября 2017 0 36