интернет-журнал о бизнесе, карьере и образовании
5 .. 7
  • Курсы ЦБ РФ
  • $ 65.40
  • 75.65

Притяжение лунного света

 

Что самое сложное в жизни театра? Почему не каждый артист может стать тенью? И что делать, чтобы «художник не остался голодным»? Об этом «Понедельник» побеседовал с Мариной Смирновой, художественным руководителем театра Moonlight.

Текст: Анастасия Столбова

 

Справка: театр теней Moonlight — коллектив молодой, ему всего четыре года. Артисты устраивают мини-спектакли, в которых фигуры и образы, появляющиеся на экране, создаются с помощью человеческих тел, причудливо сплетенных за полотном. Эклектичный жанр включает в себя хореографию, пантомиму, актерское мастерство и чувство юмора.

 

— Марина, как у вас появилась идея основать театр? И почему именно театр теней?

— Это была не совсем моя идея. Четыре года назад я работала преподавателем в танцевальной студии при Политехническом университете, и к нам в школу обратилась студентка другого вуза с просьбой помочь поставить номер в жанре театра теней. Я взялась помочь... С тех пор очень органично чувствую себя в этом направлении.

 

 

Думаю, это очень близко моей природе. Во-первых, наш театр — пластический театр теней, а не кукольный в традиционной его форме. Все строится на пластике и хореографии, а я танцую всю жизнь: в детстве десять лет занималась балетом, затем пробовала себя в других танцевальных направлениях, которые потом преподавала. Во-вторых, театр теней — это что-то магическое: действие происходит за перегородкой, зрители не видят артистов, но при этом они видят каждое их движение. Мы не даем зрителям много деталей — лишь форму фигуры, объекта, которые появляются на полотне, а остальное зрители дорисовывают в своей голове — получается, фантазия активно работает как у нас, так и у зрителей в момент нашего выступления, а это очень важно.

— Как вы набирали труппу?

— У нас довольно большой коллектив — восемь взрослых и трое детей. Есть люди, которые в труппе с самого ее основания, но в основном артисты менялись. Набирали их по-разному: кого-то приглашали по знакомству, кого-то выбирали на кастинге. Все ребята очень талантливые: для артиста такого жанра, помимо пластики и артистизма, важно быть техничным в исполнении и находчивым, потому что часто приходится импровизировать и фантазировать.

— Что самое сложное в искусстве теней? Все ли образы, мысли, эмоции можно показать, всякую ли историю — рассказать?

— Самое сложное — это, наверное, показывать абстрактные понятия. Но, опять же, поиск решения — очень увлекательный процесс. Задача режиссера и артиста — помочь зрителю понять то, о чем ему говорят на языке пластики и неоднозначных форм. Удивительно, что показать или передать зрителю можно почти все, главное — чтобы артист давал правильный импульс. Как бы парадоксально это ни звучало, видно, когда тень улыбается, даже если человек за полотном стоит анфас к зрителю. А еще на помощь нам приходят сценические жесты и пантомима, с их помощью можно показать большинство эмоций и мыслей.

 

 

— А насколько сложно сработаться друг с другом, научиться подстраиваться?

— Главное правило театра теней — всегда смотри на полотно, потому что даже при идеальной отработке фигуры часто бывает так, что она не получается, ведь любая фигура, даже если она состоит из двух человек, предполагает настройку на партнера и ощущение себя и его в пространстве. Но бывает, конечно, и так, что при определенной конфигурации артистам не видно, что получается на полотне — тогда они смотрят и запоминают, как ложится их тень на других артистов при правильном исполнении фигуры, а все остальные подстраиваются под того, кто не видит полотно.

Конечно, важна атмосфера в коллективе, ведь у нас нет солистов — всем приходится в поте лица работать в тесном контакте с другими артистами, а это не всем приходится по вкусу. Многие уходили во время испытательного срока, им не хватало терпения — мало того, что это кропотливая и тяжелая физическая работа, так еще и на выходе зрители видят только твою тень, а минута славы наступает только на поклонах.

— А что самое сложное в жизни театра вообще? К примеру, как обстоят дела с помещением, есть ли у вас собственное?

— Самое сложное — это, конечно, организация. Нам повезло, и наш театр нашел пристанище на базе КДЦ «Красногвардейский» — там проходят репетиции и некоторые спектакли. Собственное помещение — это голубая мечта всех театральных коллективов, далеко не всем труппам удается получить свою площадку, в лучшем случае повезет закрепиться на одной из сцен, которые сдаются в аренду. Но ведь театр — это не только выступления: это и постоянные репетиции, и подготовка реквизита, костюмов и декораций, не говоря уже об их хранении.

 

 

— Трудно ли подготовить спектакль? В 2015 году вы обращались к краудфандингу, чтобы собрать средства на премьеру спектакля по мотивам сказок Киплинга, удалось ли осуществить задуманное?

— Конечно, спектакль создать непросто. Во-первых, это творческий проект, который вынашивается и рождается, требуя больших творческих вложений и отдачи всех его участников. Во-вторых, на спектакль, как ни крути, всегда нужны средства, даже если сложилось так, что режиссер и артисты готовы работать бесплатно. Никто не хочет смотреть спектакли, где у артистов нет костюмов, нет декораций и реквизита, даже если это театр теней (да, у нас тоже довольно большая костюмерная и реквизиторская). В свое время мы попробовали и краудфандинг, но, к сожалению, он не сработал для нас. Поэтому мы привыкли полагаться исключительно на себя. Спектакль по мотивам сказок Киплинга «Слоненок» и «Откуда у верблюда горб» так и не состоялся, сценарий и наработки по нему по-прежнему лежат «в столе», так как проект требовал средств, которые мы пока не можем потратить на постановку спектакля.

— Одно из направлений вашей работы — выступления и проведение мастер-классов на днях рождения, свадьбах, корпоративах. Вы не считаете, что «художник должен быть голодным» и заниматься «искусством ради искусства»?

— Хороший вопрос. Художнику его голод, может быть, и на пользу, но голодные артисты в театре — это не к добру. Конечно, заниматься исключительно искусством — это то, к чему стремится любой творческий коллектив, но для самоокупаемых театров, коим мы являемся, — это непозволительная роскошь. Нас никто не финансирует, все, что у нас есть, заработано нами лично, а корпоративы и прочие развлекательные мероприятия — это как раз и есть способ заработать на то, чтобы заниматься искусством. Но вы правы, это отдельное направление деятельности, это уже скорее сфера шоу-бизнеса, где зритель совсем другой и действуют свои законы.

— Вы работаете уже четвертый год, удалось ли вам найти своего зрителя?

— Думаю, что да. В данный момент у нас два детских спектакля «Жил-был волшебник» и «Время чудес», а также множество мини-спектаклей для детей и взрослых. Взрослые с удовольствием смотрят спектакли — жанр сам по себе оригинален, поэтому четкого возрастного ограничения у нас нет. Часто взрослые люди не замечают надписи «спектакль для детей» и приходят, а потом пишут отзывы, что получили удовольствие, несмотря на то, что спектакль детский. В планах у нас поставить еще один спектакль для детей и, наконец-то, спектакль для взрослых. А недавно мы создали мини-спектакль «Сияние Северной столицы» — история о зарождении и исторических этапах развития Санкт-Петербурга, о его борьбе и победе, о его красоте и величии.

 

 

— Были ли у вас забавные случаи на спектаклях? Какие курьезные моменты вам особенно запомнились?

Вся наша деятельность пропитана юмором и позитивом, иначе нельзя. Чаще всего курьезы случаются с нашим реквизитом — недавно в спектакле «Жил-был волшебник» (по мотивам книг о Гарри Поттере) любознательный ребенок позаимствовал «письмо» главного героя прямо перед спектаклем! По сюжету герой получает письмо — в реальности это обычная свернутая бумажка, которая лежит наготове на сцене прямо перед полотном. Один из детей пролез под полотно и достал то самое письмо. Артисту скоро выходить, а бумажки нет! Пришлось выкручиваться — искать другую.

Часто бывают ситуации, когда приходится применять всю свою смекалку и находчивость. Например, однажды мы приехали выступать в детский сад, предварительно согласовав технический райдер — ширину, высоту и глубину площадки. Когда мы приехали, оказалось, что высота потолков в садике меньше, чем высота нашего экрана. Мы все равно решили выступать. Благо, с нами был наш технический директор и мама одной из артисток трупы. В четыре руки они весь спектакль держали полотно, стоя на стуле. Так и выступали.

Самые забавные зрители — дети. За ними очень интересно наблюдать во время спектакля, особенно слушать, что они видят на экране — им нравится отгадывать фигуры вслух. У нас есть в сцене о морском дне фигура медузы, для которой мы используем реквизит — прозрачную ткань. Выходят на эту фигуру артистки со свернутой тканью, танцуя, а затем в один момент разворачивают и делают качающуюся на волнах медузу. Так вот дети каждый раз, как только видят, что на полотно выходят девушки с тканью в руках, весело придумывают, что это такое. Самые популярные варианты — «колбаса» и «сосиска», дети их выкрикивают, несмотря на то, что на фоне экрана — морское дно, а перед этим они смотрели на морского конька и ракушку.

Следить за комментариями этой записи   
Войдите с помощью или , чтобы оставить комментарий

Свежие статьи

В топе — «Гарри Поттер»

В топе — «Гарри Поттер»

Как чтение возвращается к нам в новом формате.

13 октября 2018 1 133
Австралийский гранит науки

Австралийский гранит науки

Как учиться там, где целый семестр изучают 4 предмета и платят за это до 25 тысяч долларов?

12 октября 2018 0 130
Юрист в школе

Юрист в школе

Эксперимент длиною в год.

11 октября 2018 0 303